Истребители

Летчики-истребители прославлены в стихах и песнях, осыпаны наградами. И это правильно. В их опасной и трудной боевой работе тесно сплетены романтика и риск. Но верхняя часть айсберга авиации, в то время, когда мощная структура, которая позволяет сбивать самолеты противника, бомбить боевые порядки и тыловые структуры сокрыта от глаз, погружена в ежедневные рутинные заботы аэродромного быта. А ведь, чтобы успешно выполнять свою задачу, летчику недостаточно обладать летным мастерством, отвагой и отменной физической подготовкой. Для боя, кроме всего этого, нужна хорошо подготовленная к полету машина. А уж это задача механика. Потому-то как говорят пилоты: «Летчик без аса-механика не ас!

Павел Петрович Ивасюк был призван в армию 3 июня 1941 года и направлен в авиационную школу механиков. Там он – деревенский парнишка – впервые в жизни увидел самолет. Последние две недели мирной жизни, вспоминает он, прошли в неутомительных армейских хлопотах. Жили в палатках на берегу озера. Занимались, согласно распорядку, специальной и строевой подготовкой, физо, ходили на политзанятия. Война резко поменяла ритм и стиль жизни: палаточный лагерь свернули, переехали в казармы. Были отменены все занятия, за исключением тех, что связаны с обслуживанием самолетов. А этим занимались по двенадцать часов ежедневно.

В середине сентября подготовка закончилась, и их распределили по эскадрильям. Павел Петрович был направлен в 34 истребительный полк 6-го авиационного корпуса ПВО, который располагался на аэродроме Внуково, откуда к тому времени эвакуировали все гражданские самолеты. Перед истребителями стояла задача прикрывать воздушные подступы к столице. - "Специалисты мы были «зеленые», - вспоминает Павел Петрович. – Да, к тому же, учили нас самолету И-16, а на вооружении полка стояли МИГ-3. Но общая техническая подготовка, конечно, помогла освоиться. Да и в полку было много опытных механиков, которые сразу же взяли над нами шефство. К зиме я уже неплохо поднабрался опыта. Линия фронта, между тем, неуклонно приближалась к Москве. Летчики полка все чаще вылетали на перехват бомбардировщиков. Пилоты были в полку опытные, с большим налетом, поэтому с фашистами сражались на равных. Благодаря хорошо поставленной воздушной разведке и умению летчиков, нередко вражеские налеты удавалось пресекать еще на подступах к Москве. Немцы пытались ликвидировать помеху. Начались интенсивные бомбардировки аэродрома".

- "Маскировка, - вспоминает Павел Петрович, - была в нас на хорошем уровне. Самолеты прятали в лесу, что был неподалеку от взлетной полосы. И не один из них во время налетов не пострадал. А вот аэродромная обслуга нередко попадала под бомбы".

Однажды на его глазах погиб старшина. Немец выскочил из-за леса на бреющем и прицельно метнул бомбу в бегущего к укрытию сверхсрочника. Она разорвалась в десятке метров от Ивасюка, и если бы он за несколько секунд до этого не залег, то, скорей всего, задело бы и его.

В ноябре фронт находился от их аэродрома уже в тридцати километрах. Однажды поступила информация о том, что немецкие танки прорвались через линию фронта и движутся в их направлении. Аэродромной обслуге раздали винтовки и гранаты. Но прорыв ликвидировали. В эти тяжелые месяцы Ивасюк потерял своего летчика. Старший лейтенант Потапов улетел на разведку и не вернулся. Больше о нем в полку ничего не слышали.

Павел Петрович вспоминает такой случай. Капитан Мирошниченко, в одиночку сражаясь с шестью немецкими самолетами, не дал им возможность прицельно сбросить бомбы, преследовал, но был подбит и совершил вынужденную посадку, на нейтральной полосе. Шасси не вышло, и самолет пришлось сажать «на брюхо». Вечером он связался с полком и сообщил, где находится самолет. Машину надо было забрать до утра, потому что днем он был хорошей целью для вражеской артиллерии. В экстренном порядке создали бригаду, куда включили и Павла Петровича. Когда начало смеркаться на нескольких машинах – бортовая, компрессорная, тягач - выехали в указанный район. Неподалеку от места аварийного приземления их встретило боевое охранение пехотной части. Проводило на передовую. Сначала к самолету выдвинулась разведка. Солдаты осмотрели местность, заняли боевую позицию на случай, если вдруг появятся немцы. Затем колонна без огней осторожно двинулась в сторону немецких позиций. Где-то неподалеку шел бой и это перекрывало гул моторов. Под самолет подложили надувные мешки и накачали их воздухом. Когда фюзеляж приподнялся, под него подвели ложные шасси (катки, предназначенные для транспортировки самолета на буксире), и тронулись в обратный путь. Самолет долго ремонтировали – заделывали пробоины, перебирали двигатель. Однако в строй он, благодаря техникам, вернулся и еще повоевал, как и многие другие самолеты, которые возвращали в строй и готовили к полетам механики. Особенно тяжело приходилось им в морозы. А наивысшее напряжение боев под Москвой как раз пришлось на декабрь 1941 года.

Этот военный период жизни Павла Петровича отмечен медалью «За оборону Москвы». Потом были другие места службы. Приходилось обслуживать ему и технику, поставляемую по ленд-лизу, и отечественные истребители ЛА-5, а после окончания войны – реактивные машины.

Интересный факт: орден Красной Звезды Павел Петрович получил уже в мирное время за освоение реактивной техники. Среди его боевых наград медали «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «За победу над Японией».

После войны Павел Петрович сдал экстерном экзамен в харьковском военно-авиационном техническом училище и стал офицером, ушел в запас майором.

МРСК Центра
Все права защищены, 2015 ©